слышишь?

хочется сразу всё и сполна.
шестое чувство настолько остро,
что знаешь просто наверняка-
в его глазах уместился космос.

а может даже и целых два.

погружаюсь в закат цвета огненной вишни
и с березовой рощей пою в унисон.
ты, конечно, не третий и, конечно, не лишний.
ты, конечно, хороший, 
но, к несчастью,

не он

– Мне что-то попало в глаз.
– Плохо дело. В левый или в правый?
– Сейчас соображу. «Господи,– подумал я, где она была все годы, чтобы отозваться на такой банальный трюк?» Я наклонился, чтобы всмотреться в ее глаза, которые были в десяти дюймах от меня, а она всмотрелась в мои.
– Я вижу,– сказала она.
– Да? Что же это?
– Я. В обоих глазах. И вытащить меня нельзя.

В тринадцать жизнь идет наперекосяк. В четырнадцать — и вовсе заходит в тупик. В шестнадцать — хоть ложись да помирай. В семнадцать — конец света. А там терпи лет до двадцати, чтобы дела пошли на лад. 

под закатом,
под пледом
мы сидели в квартире,
наслаждаясь 
обедом

иль ужином,
завтраком
не важно
главное, что мое сердце
заряжено
дважды

солнце покидает улицы
кожа медленно остывает
веришь, во снах мы целуемся

одеяло к чертям.
смотри,
как прекрасно нас ночь накрывает.

по твоим движениям и губам
в воздухе
ощущается
неистощимая романтика происходящего

мадам,
в вас столько всего манящего
мои холодные пальцы

автострады наших чувств
ощущают босые ноги
и наши сердца-скитальцы.